понедельник, 8 марта 2010 г.

- Это жизнь. И смерть.
- Ты назвал две силы.
- Ты знаешь даже меньше, чем я думал... - Страж смотрит на мечущееся
пламя, и его золотые глаза видят там нечто такое, чего ни ты, ни любой другой -
простой смертный или маг - увидеть не способны. - Это не две разных силы. Это
две стороны одной. Той Силы, которая одолевает все в этом мире...
- Все ли? - переспрашиваешь ты, уловив нотку сомнения в его голосе. - Иной
раз Морана-Смерть отступает пред волей тех, кто должен остаться и завершить
начатое дело. И даже те, кто ушел в Царство Мертвых, могут вновь появиться на
земле - по собственной воле или по зову близких, не столь важно. Так что
величайшей силой Смерть никак не является.
- А этого я и не утверждал. Смерть сама по себе не имеет столь уж великого
могущества. Но вместе с Жизнью... Ты знаешь, какие из известных чудовищ
считаются самым большим злом? И самой трудной задачей для Истребителей Нечисти?
- Живые мертвые. Кстати, совершенно зря: ведь их так просто отправить в
могилу навсегда. Серебро, чеснок, осиновый или дубовый кол, некоторые травы,
огонь - я уж молчу о Знаках. Средств масса, и значительная часть их доступна
любому.
- Так. Но только это - всего лишь первый слой пирамиды. Вершину же видели
немногие... и никто из них не ушел живым.
- Никто, кроме тебя?
- Никто, - подчеркивает он, - я в том числе. Путь не может использовать
живых Стражей. Только воскрешенных из мертвых, познавших обе стороны бытия.
Если ты погибнешь, ты также можешь оказаться на месте одного из Стражей.
- А если погибает Страж? - осмеливаешься ты задать вопрос, звучащий
сейчас, мягко говоря, недипломатично. - Что происходит тогда?
- Тогда, - улыбается он, - ему приходится вновь принимать участие в
нескончаемой кутерьме, именуемой Жизнью.
Но что в этом плохого, недоумеваешь ты.
- Понятия "хуже" и "лучше" тут неприменимы, - говорит Страж. - В языке
Пути нет этих слов. Есть "возможность" и "необходимость".
- А также "противоречивость".
- Верно. Ты неплохо изучил Путь. Если бы ты так же внимательно изучал то,
сквозь что этот Путь проходит, ты мог бы даже победить меня. Однако этой частью
обучения ты пренебрег.
- "Не мы идем по пути, но Путь проходит сквозь нас", - произносишь ты
старую пословицу. - Познавать самого себя - это важно, не спорю. Но, быть
может, есть и кое-что помимо этого?
- Что же это, о кладезь сокрытых знаний?
- Путь и движение к его завершению.
- Которого нет и не может быть.
- Вот именно. Какой смысл совершать то, что уже сделано тысячами Ищущих до
тебя и будет осуществлено тысячами Ищущих после тебя? Нет, если и делать
что-то, то только Невозможное.
Страж вскидывает голову.
- Не слишком ли рано ты начал идти к Невозможности?
- Ну, второго шанса может и не представиться... - усмехаешься ты,
незаметно перекладывая из кармана в левую руку склянку с Жидким Огнем. -
"ВозМОЖность" предполагает наличие мощи. Мощь опирается на Знаки. Знаки имеют
нечто общее с "преднаЗНАЧением". Каковое есть Цель, а ее достичь по определению
невозможно...
- Что и замыкает логическую цепь, - кивает Страж. - Ты выдержал Испытание.
Можешь идти. Только прежде запомни - Путь не имеет ни конца, ни начала.
- Это мне говорили и ранее.
- А теперь представь себе то, что не имеет ни начала, ни конца, но
выглядит как одна относительно прямая линия.
- Окружность? Кольцо?
- Кольцо имеет внешнюю и внутреннюю стороны. Путь - нет.
- Понял, - говоришь ты, - это та штука, которую изобрел один из ученых
павшей Империи Средиземноморья. Как ее там... а, вспомнил - лента Мебиуса.
- Как следует запомни: если призвать этот Знак в момент смерти, она не
заберет тебя. А ты станешь Стражем.
Подобная участь тебя не прельщает, но упоминать об этом незачем - он и так
знает все твои возражения. Потому что еще не позабыл те времена, когда сам был
человеком.

Ты пересекаешь сумеречный край, отбиваясь от следующей по пятам своры
призрачных Охотников, призванных оскорбленными твоим дерзостным поведением
хозяевами Чернолесья. Знаки вспыхивают в сумраке, разя наповал и оглушая, но
Охотники не отстают: обещанная за твою голову награда заставляет позабыть обо
всем. Что ж, ты готов помочь им встретить свою судьбу.
Добравшись до Серебряных Врат, ты чертишь в пыли Знак Стального Кольца и
обнажаешь меч: Охотники теперь должны будут сражаться с тобой один на один,
если пожелают достичь цели. Некоторые из них, осознав подобную необходимость,
растворяются в сумерках, но большинство остаются у границ защитного круга.
Первый пересекает черту - и падает, обезглавленный. Второй бросается вперед,
спотыкается о труп сородича и разделяет его печальную участь. Третий шагает
осторожно, заранее вытащив собственное оружие, но свет кристалла ослепляет его,
и Духи Серебряных Врат с радостью принимают очередную жертву. Четвертый
массивнее и сильнее предыдущих Охотников, и ты, не желая рисковать, швыряешь в
звероподобную морду склянку с Жидким Огнем. Призрак начинает гореть,
испытываемая им боль, ты знаешь, невероятна; ударом клинка ты прекращаешь его
мучения и с усмешкой Неумолимого Жнеца приглашающе киваешь прочим: мол, теперь
ваш черед встретить Истинную Смерть. Они переглядываются и отступают.
Ты пожимаешь плечами, достаешь из кармана флакон с Кровью Демона и
осушаешь его. Твои глаза обретают дикий блеск, а скорость и реакция возрастают
раз в пять. Охотники ничего не успевают предпринять: сбросив Знак Стального
Кольца, ты связываешь Знаком Цепей сразу четверых и приканчиваешь еще двоих.
Части Охотников удается сбежать, однако опасности они уже не представляют.
Повествования об этом поединке будут ходить по сумеречным мирам очень долго, и
всякий новый пересказ добавит им массу новых черт.
Правда, главной из них там не будет.
Сквозь накидку ты потираешь грудь, где нарисован обжигающий кожу Знак
Воина, и стираешь его: это сейчас несложно, ибо в действие он был приведен
именно Знаком Стального Кольца. Вызывать один символ вместо двух или трех -
прием крайне полезный при недостатке времени. Что при Испытаниях случается
очень даже часто.
Собственно, только так и вырабатывается способность моментально находить
среди многих ответов единственно правильный...
Пройдя по Дороге Обреченных еще немного, ты находишь защищенную от влияния
обитателей сумрака Поляну Иллюзий, окружаешь себя символом Концентрации и
производишь ритуал Обратной Замены. Щупальца Бездны касаются твоего разума,
удостоверяются в его идентичности с тем, который пришел в этот мир, и
отправляют тебя обратно. Черный провал холода, музыки и боли на этот раз не
столь долог: тебя стараются поскорее отослать на родину, ибо, с удивлением
осознаешь ты, твое присутствие причиняет Бездне страдания.
Выйдя из транса, ты встречаешь настороженный взгляд Адепта Варгона,
позволяешь ему проверить твое состояние (мало ли ЧТО могло, поработив твой
разум, вторгнуться в этот мир...) и удовлетворенно киваешь в ответ на
незаданный вопрос.
Адепт кланяется. Ты удивленно поднимаешь бровь, и он объясняет, что в тот
мир отваживались пройти лишь немногие из Посвященных, и еще меньше их вернулось
обратно в своем уме.
Так какой же у тебя теперь статус, интересуешься ты.
Мастер, усмехается Варгон.
Теперь ты не обязан называть его Адептом. Конечно, сам ты Адептом не стал
(если вообще когда-либо достигнешь этого ранга), но и статус мастера-чародея
достаточно высок для того, чтобы обращаться к бывшему учителю просто по имени.
В чем-то ты теперь превосходишь его. У тебя, впервые за столько лет
обучения, есть возможность сделать собственный выбор.
Внезапно ты понимаешь, что снова стал человеком, ибо право выбора - это
единственное, что отличает человека от остальных обитателей этого мира. Только
одно беспокоит тебя: права неотделимы от обязанностей, и коль скоро ты можешь
сделать свой выбор, тебе наверняка придется сделать его.
Но - хвала всем Богам, не сейчас.


4. Рожденные-под-Звездами

Оставить стремление к власти,
Сменить Колесо на Весы,
Из целого выделить части -
И в путь, не смотря на часы.

Кнарр медленно отходит от берега. Седой кормщик Арнод-Орел машет рукой,
желая тебе удачи. Ты киваешь в ответ и поворачиваешься к морю спиной. О его
беспокойных лазурных водах и лежащих за ними населенных краях следует забыть -
по крайней мере, на время.
Впрочем, земля, куда ты прибыл, также не может называться необитаемой.
Изумрудные Острова - не пустыня, не бесплодная скала и не ледяная тундра, а
ведь человек оседает и в намного более негостеприимных районах. Однако же ни
единого человеческого поселения в пределах этого мира нет.
Сейчас - нет.
Когда-то таковые были. Возможно, будут снова. Но для этого твоя миссия
должна завершиться успехом. На что шансов практически нет: коренные обитатели
Изумрудных Островов устали от людей и использовали свое могущество (весьма
немалое!) для быстрого разрешения межрасового конфликта.
Тебе пришлось избавиться от обычной черной одежды Ищущего, защищающей от
чего угодно куда лучше гэльской кольчуги, альмейнской дощатой брони или панциря
разрушенной Империи Средиземноморья; ты даже не имеешь права воспользоваться
защитными Знаками или прихватить с собой нужные эликсиры. Таков был уговор, и
ты дал слово не нарушать его.
(Не то чтобы ты никогда не лгал - греха болезненной правдивости в твоем
сердце нет и быть не может, - просто правда, как обычно, оказалась более
сильным оружием. Ложь хороша, если ты можешь свободно говорить с собеседником,
не опасаясь получить стрелу в спину; когда твоя жизнь и сообщенные тобою
сведения для него важнее твоей смерти. В противном случае лучше подчиниться его
моральному кодексу, а обитатели Изумрудных Островов не выносят обмана и
прекрасно умеют его различать...)
Ты пересекаешь узкую полосу нейтральной территории, принадлежащей народу
моря во время прилива, а народу суши - в часы отлива. Пройдя около сотни шагов
вдоль края леса, ты находишь уходящую в его глубину тропинку и ступаешь на
земли, враждебные человеку.
Теперь - враждебные.

Лесной народ - одна из древнейших рас этого мира. Они появились на земле
до рождения человека и познали кошмары Старого Мира куда ближе его. Это они
обучили людей многим ремеслам - плотницкому и кузнечному делу, магии и
лекарскому искусству, рисованию и грамоте, архитектуре и поэзии... (Ты,
конечно, не раз и не два слышал, что всем этим знанием люди обязаны Богам -
однако летописи Серой Башни содержали иную информацию, причем подтвержденную
столькими фактами, что не поверить им означало бы предать собственные
способности к аналитическому мышлению.)
Рожденные-под-Звездами (так именовали себя жители лесов) и люди были
союзниками и в том великом сражении, когда с Богами Старого Мира было
покончено. Вместе они бились против превосходящего числом врага и одержали
победу. После этого они вели долгую борьбу с остатками рас Старого Мира -
змеями-нагами, оборотнями-г'нолла, бесформенными-шогготами, гарпиями-шантаками,
и другими племенами, чьих имен и облика история не сохранила. Победа досталась
дорогой ценой, но зато теперь земля принадлежала им.
Однако детей у лесного народа рождалось очень мало. Женщина любого из
людских племен за свою недолгую жизнь могла стать матерью раз восемь, а то и
двенадцать; в семьях Рожденных-под-Звездами редко когда рождалось более трех
детей. Конечно, они жили чрезвычайно долго и обладали вечной молодостью, но
из-за этого их раса была обречена на безвылазное существование в лесной глуши,
тогда как человечество, неуемное в своем любопытстве и быстро
приспосабливающееся к любым жизненным условиям, могло заселить - и заселило бы
рано или поздно - все, даже самые недоступные уголки этого мира. Когда лесной
народ осознал эту печальную истину (что произошло не то чтобы так вот сразу, но
задолго до того, как та же мысль пришла в голову людям), они замкнулись в себе
и постепенно прекратили общение с человечеством. Подписанный по окончании
Великой Войны договор оставлял за ними Изумрудные Острова и еще пару укромных
территорий; и человек, в общем-то, не собирался нарушать границ.
По крайней мере, поначалу.
Теперь, спустя столько веков после крушения Старого Мира, когда почти
никто не помнил самого этого понятия, люди стали задаваться вопросом: почему
эти прекраснейшие земли должны оставаться незаселенными, когда их можно
великолепным образом занять? Суда гэлов пересекли пролив, и вот тут-то началось
самое интересное...
Гэлы вовсе не являлись дикарями. Они были чуть ли не самым цивилизованным
народом в этой части света.
Просто ни один из них, включая вождей, не верил в само существование
Рожденных-под-Звездами - разве взрослые люди верят в сказки? А о Великой Войне
и вовсе все забыли, ведь человек помнит только то, что произошло в течение его
личной жизни (и то - в идеале). В отличие от лесного племени, для людей те
события не были "позавчерашним вечером"; с той поры сменился не один десяток
поколений, а из народов, сражавшихся бок о бок с Рожденными-под-Звездами,
уцелело всего несколько разбросанных по всему свету семей, в которых время от
времени проявлялась древняя кровь и сила. К таким, кстати, принадлежишь и ты -
могущество молодой крови совершенно иное, и для Искусства непригодно. По словам
Варгона, ты - один из последних его учеников, достойных именоваться учениками.
Мир изменяется, и опирающееся на его древние основы Искусство изменяется
вместе с ним. Многие из формул и символов прошлых веков не имеют больше сил, а
некоторые действуют совершенно иначе. Тут нечего бояться и нечему дивиться; как
говорили мудрецы разрушенной варварами четыре с лишним века назад
Средиземноморской Империи: ars longa, vita brevis est! [Искусство вечно, жизнь
коротка! (лат.)]
Мир изменяется.
Рожденные-под-Звездами не могут не понимать этого - но не могут они и
измениться, потому что изменение для них хуже самой смерти. Ты и пославшие тебя
Адепты это прекрасно знают, и выработанный на последнем Сборе план опирался
именно на эту черту лесного народа. Ты явился, чтобы предложить им новый путь.
Выход из тупика, в который их загнала неотвратимость Судьбы.
Остается надеяться, что века самоизоляции не превратили
Рожденных-под-Звездами в тех злобных и своенравных существ, которых все чаще
описывают сказки о древних временах...

В дерево справа от тебя вонзается стрела. Ты останавливаешься и не делаешь
никаких движений до дальнейших распоряжений. Меч, висящий у тебя на поясе,
сейчас ничем тебе не поможет: звездная магия лесного народа легко превзойдет
его волшебство.
- Зачем ты пришел сюда? - спрашивает из чащи чей-то голос.
Ты не можешь определить ни возраст, ни пол говорящего на певучем звездном
языке, но этот вопрос тебя сейчас не занимает.
- У меня послание для Звездной Королевы, - отвечаешь ты.
- От кого же? - интересуется невидимый собеседник.
- От Адептов Пути, - правдиво сообщаешь ты.
Кусты справа от тропинки беззвучно раздвигаются, и перед тобой появляется
тонкая фигура в одежде, аккуратно скроенной из неровных кусков ткани зеленых и
коричневых оттенков. Впрочем, странный покрой объясняется просто: в лесу, нося
такую одежду, можно пройти в двух шагах от человека и остаться незамеченным. В
руке Рожденный-под-Звездами держит длинный лук, но стрела лежит на ненатянутой
тетиве и не направлена тебе в сердце. Что, однако, вовсе не означает, что
сейчас в тебя не целятся несколько его сородичей.
- Если ты лжешь, тебе конец, - говорит он без тени угрозы в голосе, просто
констатируя факт.
- Знаю, - киваешь ты. - Веди.
Тропинка петляет довольно странным образом, порою у тебя возникает
ощущение, что она проложена в этом лесу лишь с одной целью - встречать незваных
гостей. Такая мысль не лишена смысла, ведь самим жителям Изумрудного Острова
тропинки не нужны. Для них лес - не родной край. Для них лес - дом. Ни больше
ни меньше. Даже люди, проводя в лесу большую часть своей жизни, становятся
похожими на Рожденных-под-Звездами. И это неудивительно.
В конце концов ты оказываешься перед свисающей откуда-то сверху веревочной
лестницей. Твой проводник приглашающе указывает вверх, и тебе ничего другого не
остается, кроме как лезть туда. Лестница сильно раскачивается, но подъем
оказывается более легким, чем ты ожидал, - тут явно не обошлось без волшебства.
Лесной народ вообще применяет Искусство куда чаще людей. Воспитанный в духе
строгого контроля, ты не одобряешь подобной практики, однако вовсе не намерен
читать им мораль по поводу неправомерного применения волшебной силы и
неоправданного расхода энергии, запас которой в мире весьма ограничен.
Лестница приводит тебя на площадку, образованную сплетением веток и
веревок. Гибкая конструкция оказывается прочнее, чем выглядит, что опять-таки
обеспечивается каким-то заклинанием. Спрятанные в кроне деревьев мостики и
переходы совершенно незаметны снизу, зато по ним при наличии некоторого навыка
можно пробираться с чрезвычайно большой скоростью. Вероятно, такая система
"воздушных коридоров" охватывает весь лес, что позволяет Рожденным-под-Звездами
перемещаться в любую его точку куда быстрее тех, кто пытается пробиваться
сквозь заросли на земле. Но все эти подробности ты отмечаешь лишь мимоходом,
так как основная часть твоего мозга занимается анализом другой картины.
В стволе толстого дерева зияет дупло. Его закрывает плотная паутина
серебряных нитей, а за этой паутиной мерцает Нечто, заставляющее тебя стиснуть
рукоять меча (за неимением под рукой защитного амулета). Тоненькая

Комментариев нет:

Отправить комментарий