понедельник, 8 марта 2010 г.

Ты отворачиваешься от настенного костяного орнамента и тщательно
исследуешь пол в поисках скрытого прохода, который, как ты отлично знаешь,
должен быть именно здесь. Знак-Искатель позволил бы тебе найти требуемое за
несколько секунд, однако призвать его сейчас означает потерпеть неудачу - сил у
тебя в обрез.
Наконец ты находишь нужное место и, вставив острие меча в едва заметную
щель, осторожно подымаешь тяжелую плиту. Из черного провала вырывается облако
затхлого воздуха, и ты с превеликим трудом сдерживаешь кашель: один звук может
погубить все.
Вскоре воздух очищается, и бледный свет выхватывает из темноты ступени,
спирально уходящие вниз. Удивление твое длится не более мгновения: хотя плита
имела в ширину не более двух шагов, потайной проход кажется тебе куда шире - по
идущей вдоль его стен винтовой лестнице спокойно могут пройти трое, и
посередине остается еще достаточно места. Ты начинаешь осознавать, что племена
Старого Мира имели такую власть над "неизменяемым" пространством, какой нипочем
не достичь ни Адептам Пути, ни магистрам всех прочих направлений Единого
Искусства.
Уменьшившийся в размерах (или ступив на увеличившуюся лестницу), ты
спускаешься вниз, используя меч в качестве светильника. Однако в случае атаки
он может быть применен и по-иному - те, кто вынудят тебя сделать это, весьма
пожалеют о своем недостойном поведении. Если тебе будет угодно предоставить им
сию возможность.
Шорох режет обостренный слух не хуже булатного лезвия. Ты прикрываешь
ладонью светящийся кристалл и до боли в глазах всматриваешься во тьму
подземелья. Твой враг засекает тебя в тот же самый миг, что и ты замечаешь его,
но у тебя преимущество, так как ты ожидал этой встречи.
И ты полностью используешь это преимущество, всего-навсего передвигая
ладонь по рукояти. Неяркий свет кристалла здесь, в вечной темноте, бьет в его
змеиные глаза с силой полуденного летнего солнца. С раздраженным шипением он
отползает назад, и ты чувствуешь, что света он боится гораздо больше, чем
какого-то пришельца, вооруженного жалким мечом. Ты делаешь быстрый рывок вперед
и заставляешь противника понять свою ошибку; ты еще успеваешь прочесть тень
ненависти и уважения в подернутых смертной пленкой глазах.
Переступив через труп, ты продвигаешься дальше с удвоенной осторожностью.
Здесь, к счастью, нет традиционного лабиринта и комнат со множеством хитроумных
ловушек; в противном случае тебе бы пришлось оставаться в подземелье до тех
пор, пока Стражи наверху не заснут вновь, или пока ты не найдешь другого
выхода. Или, что куда более вероятно, пока родичи убитого нага не найдут тебя.
Коридор выходит в обширную камеру. В центре возвышается сооружение,
которое просто обязано быть Камнем Змея; этой надписи, как ни странно, на нем
нет, но из тех же книг ты помнишь, что назывался зловещий идол нагов именно
так.
А на алтаре лежит то, что привело тебя сюда. Око Мертвого Бога.
Волшебный камень невелик, чуть больше крупного ореха. В неверном свете
кристалла-светильника он кажется желто-бурым; рассмотреть его более пристально
ты, конечно же, не успеваешь. Вкладывая всю силу в Знак Освобождения, ты
внутренне готовишься к землетрясению, извержению вулкана или пыльной буре - все
зависит от того, какими чарами насыщена эта область подземелья.
К немалому твоему удивлению, весь эффект ограничивается пронзительным
звуком лопнувшей струны. Знак Освобождения, в котором осталась прорва
неизрасходованной энергии, проходит сквозь стену и устремляется к ближайшему
источнику магической силы, дабы нейтрализовать ее. Что ж, одним колдуном-нагом
будет меньше. Если бы в тебе осталась хоть капля силы, Знак обратился бы против
тебя...
Ты кладешь Око в мешочек и со всей возможной скоростью устремляешься к
выходу. Подземелье начинает дрожать, а с потолка падают мелкие камешки. Ты
переходишь на бег, и вибрация усиливается.
Когда ты достигаешь подножия винтовой лестницы, в стенах колодца уже зияют
многочисленные трещины, а ступени покрыты массой выбоин и держатся только на
честном слове. Не в правилах магов полагаться на честное слово, но другого
выхода у тебя в данную минуту нет - и ты буквально взлетаешь по ненадежной
опоре, рушащейся прямо у тебя под ногами.
Теперь ты хорошо понимаешь, что значит выражение "ходить по острию ножа".
С трудом задвинув плиту-крышку на место, ты утираешь со лба пот и
позволяешь себе отдохнуть с минутку. Минуту, не больше, потому что снаружи
видны багряные лучи заходящего солнца. А значит, сон Стражей уже настолько
чуток, что они могут проснуться в любую секунду. Нет, потерпеть неудачу сейчас
- позор!
Ты выскакиваешь из пещеры и мчишься напрямик, не разбирая дороги. Сейчас
главное - удалиться от гор как можно дальше. В глазах у тебя темнеет, воздух
кажется наполненным тысячами иголок. Сердце прыгает как у насмерть
перепуганного зайца.
Еще немного, уговариваешь ты себя.
Сзади слышен хруст. Не оглядываться, вперед!
В дюжине шагов впереди появляется нечто вроде призрачной фигуры,
образованной вихрем снежинок. Ты рассекаешь ее надвое, и лезвие меча мгновенно
покрывается коркой льда.
Еще два снежных призрака.
Правая рука совершенно обледенела. Ты даже не чувствуешь собственных
пальцев; не будь древний акинак волшебным, он давно бы уже выпал из ослабевшей
ладони.
Вот еще один - этот кажется более реальным. А, какая разница...
Ты делаешь неловкий выпад, и лезвие меча со скрежетом входит в ледяную
глыбу. Противник наносит в ответ мощный боковой удар, который отбрасывает тебя
на несколько шагов - к счастью, вперед. Не пытаясь продолжать бой, ты
вскакиваешь и ковыляешь дальше, с трудом превозмогая рвущую боль в груди.
Но уйти тебе не суждено - еще несколько шагов, и ноги отказывают
окончательно. Ты переворачиваешься на спину, чтобы встретиться со смертью лицом
к лицу.
Ледяные Стражи - их действительно так много? Или это лишь твой
предсмертный бред? - медленно подходят к тебе. И останавливаются, не доходя до
бессильно распростертого на снегу тела каких-нибудь полутора шагов.
"Барьер!" - приходит озарение.
Выиграл, улыбаешься ты им в лицо, и теряешь сознание.

Приходишь в себя ты уже поздно ночью, когда сила темноты бурлит в твоей
крови. Начертив перед собой Знак Целителя, ты наскоро заживляешь сломанные
ребра; конечно, до полного выздоровления пройдет еще не один день (и не одна
ночь), но, по крайней мере, ты сможешь отвлечь свое внимание на более важные
проблемы.
Проверив, сколько сил принесла тебе сегодняшняя ночь, ты с облегчением
констатируешь, что их вполне достаточно для задуманного и чертишь на снегу Знак
Перемещения, вызвав в голове образ Башни. Немногим колдунам удавался этот Знак,
один из тринадцати Высших; то, что ты сумел взять его под контроль, наполняет
тебя едва ли не большей гордостью, чем сознание успеха миссии в целом.
Пронзив черный кошмар Бездны стрелой собственного духа, разума и тела, ты
появляешься в своей комнатке на шестом этаже Башни. Ни одному из учеников,
насколько тебе известно, еще не удавалось так быстро пройти Испытание Третьей
Ступени.
Интересно, думаешь ты, какова будет реакция учителя? Ты нарушил
практически все его инструкции, начиная с правил поведения и заканчивая
техникой безопасности.
Победителей не судят, успокаиваешь себя ты.
Если только их признают победителями, возражает твоя недоверчивая
половина.
Завершив спор на этой оптимистической ноте, ты выходишь в коридор и
спускаешься вниз, в Зал Теней - учитель в это время должен находиться именно
там.
Какая награда тебя ждет теперь? Даже если ты будешь официально назван
чародеем: даст ли тебе одно это звание возможность сделать еще несколько шагов
по Пути, или необходимы дополнительные условия? К примеру, очередное Испытание?
Ты криво усмехаешься, что стало для тебя давней привычкой. В самом деле,
когда это Путь открывал свободный проход к новой вершине, не подарив
предварительно тебе (как и кому бы то ни было) радость встречи с новым, доселе
невиданным "приключением"...
Медные двери мягко скользят в стороны, пропуская тебя внутрь. Каков бы ни
был вердикт - ты готов услышать его.
Сочтешь ли ты возможным подвергнуться взысканию - уже другой вопрос...


3. Страж Сумеречного Круга

В неистовом реве оваций,
В гуденье безумных фанфар
Увидеть сквозь блеск декораций
Ход Стража - и встретить удар.

Ты - Посвященный Пути.
Это значит, что Адепт Варгон больше не имеет права именоваться твоим
учителем. Равно как и любой другой обитатель Миров Яви.
Отныне ты сам себе хозяин, и Башня перестала быть твоим домом,
превратившись во временное пристанище, комнату в постоялом дворе. Превыше твоей
воли только Небо - и Путь.
Могущество Пути не принадлежит этому миру, но не подвластно оно и
Потусторонней Стране, которую некоторые люди называют Преисподней. Силы этого
мира (за редким исключением) подконтрольны богам; и именно это некогда
послужило причиной, по которой несколько талантливых магов-самоучек открыли
проход в иной план бытия, где и сгинули. Но сгинули не так, как обычно погибают
те, кого поглотила Бездна. Они не утратили ничего, кроме осколка живой души.
Это перерезало их связь с богами и позволило уйти в другие миры целиком, не
оставив в этом ничего. Прошло немного времени - и некоторые из них вернулись.
Изменившись настолько, что лишь самые близкие к ним люди узнали их. Изменение
то затронуло не тело, но разум. Однако вернувшиеся чародеи вовсе не казались
безумцами. Напротив, в их словах и мыслях теперь была ясность и четкость,
свойственная далеко не каждому из мудрецов (и уж точно не присущая им самим до
путешествия в иной мир). И еще одно отличало их, видевших Иное. Странная,
необоснованная боязнь движущихся теней...
Наткнувшись на эту мысль, ты начинаешь понимать, какое Испытание подкинул
тебе Путь на этот раз. Еще несколько секунд - и тебе кажется, что все
предыдущие были лишь детской игрой.
И это чистая правда.
Нарисовав в воздухе Знак Предназначения, ты попутно проверяешь, все ли
долги отданы, все ли вопросы закрыты. Одним фактом своего появления Знак дает
положительный ответ, и ты поручаешь ему задание. Символ Пути озадачен: такого
"заказа" ему ранее выполнять не доводилось. Это тебя вполне устраивает, и ты,
подтвердив формулировку приказа, отсылаешь Знак прочь - во времени ни он, ни ты
не ограничены. Главное, чтобы все было сделано на должном уровне.
Ты готовишь полное походное снаряжение и заказываешь в лаборатории Башни
несколько флаконов с различными эликсирами - конечно, ты мог бы приготовить их
и сам, но надо же помогать подмастерьям алхимиков делать вид, будто они также
приносят пользу... Так как твой кредит в полном порядке (еще бы!), заказ
оказывается у тебя в комнате всего через две с половиной минуты. Проверив
качество и свежесть смесей (вполне удовлетворительно), ты прячешь флаконы в
потайные карманы: применение их оправдано только тогда, когда окружающие этого
не замечают.
Затем ты спускаешься в одну из пустующих в дневное время учебных комнат и
устанавливаешь вокруг себя несколько кристаллов Малых Стражей; для твоей цели
нет нужды тревожить самого Стража, находящегося в подземных чертогах Башни и
охраняющегося строже Булавки Бессмертия владыки Потусторонней Страны, Кощея,
сына Вия Слепца. Затем ты открываешь свое сознание Великой Пустоте, предложив
ей изучить все уголки твоего разума, включая и те, что обычно открывать не
принято. Да, остается опасность, что один из обитателей Пустоты заинтересуется
благоприятствующей возможностью проскользнуть в Мир Яви, поселившись в твоем
разуме и в скором времени заполнив его целиком (ой, наивный...), однако Малые
Стражи подадут тревожный сигнал при первых же признаках подобной угрозы. Так
что риск вполне приемлем.
Когда твой разум полностью включается в черную музыку Пустоты, ты
обрываешь контакт и остаешься с полным запасом энергии, равной которой не
существует ни в этом мире, ни в каком-либо из других (по крайней мере,
известных тебе). Именно то, что необходимо для похода в тот мрачный край,
откуда возвращаются далеко не все Посвященные.
Перед тобой появляется Знак Предназначения и докладывает о выполнении
задания. Информация тебе не очень нравится, но ты ожидал и худшего.
Благосклонно кивнув, ты отсылаешь Знак туда, откуда он появился впервые. Теперь
дело только за тобой.
Полностью экипировавшись, ты идешь в Камеру Перемещения и активизируешь
один из покоящихся там Знаков Замены, послав предварительно Стражу Башни
сообщение о необходимости строжайшего контроля за Вратами: обитатели того мира
даже в Преисподней не относятся к числу желанных гостей.
Шагнув в открывшуюся перед тобой черную дыру, ты какое-то время чувствуешь
изучающий взгляд Пустоты, однако взглядом дело и ограничивается - вы уже
знакомы. Затем тьма рассеивается, и ты оказываешься у края Провала, в начале
Дороги Обреченных.
Это место ты ранее видел на одноименной гравюре в одном из тех фолиантов,
которые не предназначены для глаз учеников (потому ты, собственно, и добрался
до искомой книги; что бы ни говорили мудрецы древних времен, но любопытство -
великая вещь, в особенности для чародея...). Художник был талантлив и общее
впечатление передал совсем неплохо. Это несколько подготовило тебя ко встрече с
этими местами, однако перо и угольный стержень бессильны передать то, что
чувствуешь сейчас ты.
Прежде всего, ты осознаешь, что Дорога Обреченных не начинается от края
Провала. Она здесь заканчивается.
Второй твоей мыслью становится щекочущее ощущение того, что ты в этом
месте не один. Впрочем, к последнему ты приготовился и с нужными словами
чертишь в воздухе Знак Истинного Зрения.
Стражи Барьера мгновенно понимают, что обнаружены - эх, тебе бы такой дар!
- и к твоему горлу устремляется острие. Ты остаешься в живых лишь потому, что
заранее внушил себе нереальность противников и их неспособность причинить тебе
вред.
Они отступают, и тогда ты сковываешь их Знаком Цепей, дополненным Руной
Постоянства Isa; эти парализующие чары спадут очень нескоро, и у тебя
появляется возможность перевести дух и беспрепятственно продолжить свой путь.
Умерщвление ЭТИХ Стражей сделало бы тебя кровным врагом всего этого мира,
поскольку они охраняют его не только и не столько от подобных тебе искателей
могущества...
Ты оставляешь в стороне развалины городов, возведенных прислужниками Богов
Старого Мира еще в те века, когда тот мир не называли Старым. Ты проходишь мимо
капищ и алтарей, иные из которых до сих пор источают жуткий и притягательный
запах крови. Осколки реликвий Старого Мира томно хрустят под подошвами твоих
сапог, но и это не отвлекает тебя от конечной цели.
Сколько времени прошло с момента твоего появления в этом мире, ты никак не
можешь узнать: окружающие сумерки даже Истинное Зрение рассеивает лишь
частично, а солнце (или его аналог) здесь отсутствует. Голода, жажды и
усталости ты также не чувствуешь и не удивляешься этому. Сейчас ты во всем
подобен собственной тени, а разве тень поддается таким мелочам?
Миновав Серебряные Врата, в прошлой эпохе оплавленные Повелителями Огня,
ты сворачиваешь направо, покидая Дорогу Обреченных, и пересекаешь Чернолесье.
От леса, собственно, здесь остались в лучшем случае обугленные пеньки -
Повелители Огня не щадили и эти края, - но гнетущая аура Древних, владык
Старого Мира, не покинула территорию Их прежнего местопребывания. Ты
стряхиваешь щупальца кошмаров и ужасов, пытающиеся опутать тебя и завлечь в
вечный сон, и быстро чертишь в воздухе Знак Разорванных Цепей.
Удаляющийся вой, полный обиды и ненависти, заставляет замереть весь мир,
но не тебя. Ты пристально вглядываешься вдаль, где из сумрака возникает
каменное кольцо, озаренное мерцанием Вечно Живущего Пламени, зажженного там в
ознаменование завершения Великой Войны. С облегчением вздохнув, ты идешь
вперед, чтобы переступить границу священного круга и встретить Стража.
Подобно тебе, он облачен в черные одеяния, на которых тщательно вышиты
защитные руны и Знаки. Подобно тебе, он несет в сердце оставленную Бездной
метку рока. Подобно тебе, он следует извилистым поворотам Пути. Подобно тебе,
он не ведает своей цели.
Ты узнаешь его лицо в неверном свете костра. И тебе хочется завыть от
отчаяния, подобно неупокоенным призракам из Чернолесья.
Почему, думаешь ты, ну почему этой встрече суждено было состояться именно
сейчас? Сейчас, когда ты еще не достиг ранга мастера? Сейчас, когда ты как
никогда близок к...
Да. Именно в этом и кроется причина.
Потому что мастера определяет не Искусство - вернее, не только Искусство.
Мастер, прежде всего, должен быть удачлив.
Ну-ну. Если ты сможешь убраться отсюда живым, это будет не просто удачей.
Это будет настоящим чудом.
Золотые глаза со зрачками в форме песочных часов встречают твой обреченный
взор. Тонкие губы искривляются в подобии усмешки. Тихий голос, идущий как бы со
стороны, а не изо рта, скрипит:
- Ты еще не смирился со смертью?
- Нет, - отвечаешь ты.
- Напрасно. Это важнейшее событие в жизни любого человека.
- Возможно. Но я надеюсь избежать этой чести.
Страж испускает странный звук, напоминающий смесь хрипа, клекота и
шипения, и ты далеко не сразу понимаешь, что таким образом он, еще при жизни
вырвавший из себя все чувства, смеется.
- Как же ты еще наивен и глуп... Что, по-твоему, есть величайшая сила во
Вселенной? Честолюбие? Жажда мести? Одержимость одной идеей за счет подавления
остальных?
Нет, думаешь ты.
Он согласно кивает.
- Это жизнь. И смерть.
- Ты назвал две силы.
- Ты знаешь даже меньше, чем я думал... - Страж смотрит на мечущееся
пламя, и его золотые глаза видят там нечто такое, чего ни ты, ни любой другой -
простой смертный или маг - увидеть не способны. - Это не две разных силы. Это
две стороны одной. Той Силы, которая одолевает все в этом мире...
- Все ли? - переспрашиваешь ты, уловив нотку сомнения в его голосе. - Иной
раз Морана-Смерть отступает пред волей тех, кто должен остаться и завершить
начатое дело. И даже те, кто ушел в Царство Мертвых, могут вновь появиться на
земле - по собственной воле или по зову близких, не столь важно. Так что
величайшей силой Смерть никак не является.
- А этого я и не утверждал. Смерть сама по себе не имеет столь уж великого
могущества. Но вместе с Жизнью... Ты знаешь, какие из известных чудовищ
считаются самым большим злом? И самой трудной задачей для Истребителей Нечисти?
- Живые мертвые. Кстати, совершенно зря: ведь их так просто отправить в
могилу навсегда. Серебро, чеснок, осиновый или дубовый кол, некоторые травы,
огонь - я уж молчу о Знаках. Средств масса, и значительная часть их доступна
любому.
- Так. Но только это - всего лишь первый слой пирамиды. Вершину же видели
немногие... и никто из них не ушел живым.
- Никто, кроме тебя?
- Никто, - подчеркивает он, - я в том числе. Путь не может использовать

Комментариев нет:

Отправить комментарий